15 фактов, которые мы не знали о любви
1)Большинство людей до брака влюбляется примерно семь раз.
2)Изучение психики студентов, которые были только что отвергнуты своими возлюбленными, показало наличие у них сильной активности в той части головного мозга, которая распознаёт физическую боль.
3)Разрыв отношений часто приводит к появлению «любовной фрустрации», которая заставляет некоторых людей любить того, кто их бросил, еще больше.
4)Термин «любовь» произошёл от «lubhyati» (санскрит) и означает «желание».
5)Европейские мужчины подсознательно предпочитают женщин, окружность талии которых составляет около 70% от окружности бедер.
6)Некоторые люди, утверждающие, что никогда не были влюблены, страдают гипопитуитаризмом, редкой болезнью, не позволяющей человеку почувствовать эмоцию любви.
7)Обручальные кольца часто носят на безымянном пальце левой руки, так как древние греки утверждали, что через этот палец проходит вена «amoris», или «вена любви», которая идет прямо к сердцу.
8)Семенная жидкость может способствовать влюблённости. Исследования показывают, что сперма содержит дофамин («гормон любви») и норадреналин, а также тирозин и аминокислоты, которые нужны мозгу для производства дофамина.
9)Символ любви, Амур (или Эрос), произошёл от Хаоса («Зияющая пустота») и представляет собой примитивные силы любви и желания.
10)Психологи утверждают, что мы часто влюбляемся в людей, похожих на наших родителей, с которыми у нас остались нерешенные проблемы детства. Сами того не подозревая, мы стремимся решить эти проблемы в зрелом возрасте.
11)Исследования показывают, что если мужчина и женщина встречаются в экстремальной ситуации, то вероятность, что они полюбят друг друга, намного выше, чем, если бы это произошло в обычной обстановке, например, в офисе.
12)Чем дольше длится период ухаживания, тем лучше перспективы для долгого брака. Люди, которые переживают бурные и страстные романы в начале отношений, чаще разводятся.
13)Женщины чувствуют себя любимым, общаясь лицом к лицу со своим партнером, мужчины, напротив, испытывают эмоциональную близость в общении, когда они работают, играют, или разговаривают, сидя рядом с партнёршей.
14)Мужчины более терпимы, чем женщины, когда ищут партнёра для краткосрочных отношений, но гораздо придирчивее женщин, если собираются вступить в брак.
15)В среднем, мужчины по всему миру женятся на женщинах, которые на три года моложе их.
Загрузка...
Болтовня
«Обобщение — это то, что делает бесконечное конечным».
Наш мир переполнен бесконечным хаосом единичных явлений. Если бы мы пытались изучать каждый объект отдельно, у нас не хватило бы ни жизни, ни мощностей мозга. Обобщение — это инструмент архивации реальности. Мы берем бесконечное множество частных случаев, находим в них единый паттерн и сжимаем это до одной понятной формулы или правила. Бесконечность становится обозримой и конечной.
Настя взяла натуральное число M.
Потом она проделала с его цифрами такую операцию:
каждую чётную по значению цифру возвела в квадрат;
каждую нечётную по значению цифру возвела в куб;
полученные числа сложила.
Например, если взять число 4637, то получится:
4² + 6² + 3³ + 7³ = 16 + 36 + 27 + 343 = 422.
Оказалось, что полученная сумма не меньше самого числа M.
Вопрос:
какое наибольшее натуральное число M могло быть у Насти?
Найдите наименьшее положительное целое число, у которого двузначных делителей больше, чем однозначных.
Словами АБРИКОСЫ и ТОПОТ зашифрованы некоторые два натуральных числа. Каждая буква обозначает некоторую цифру, причём разные буквы обозначают разные цифры.
Известно, что число АБРИКОСЫ делится на 9, а число ТОПОТ делится на 55.
Определите, какую цифру обозначает буква О.
Настенька лежала, широко раскинув бёдра, и смотрела вниз на тебя с тихой, почти нежной жадностью. Ты лежал между её ног и медленно, тщательно сосал её клитор — так, как она любила: долго, с нажимом, засасывая его целиком и проводя языком по самому чувствительному месту. Она уже давно дышала неровно, пальцы одной руки были запутаны в твоих волосах, а вторая сжимала простыню.
И вдруг под твоим языком что-то изменилось.
Сначала это было просто сильное набухание. Клитор стал твёрже, горячее, заполнил тебе рот. Но потом он начал расти. По-настоящему расти. Каждый раз, когда ты засасывал его глубже, он становился длиннее и толще, выталкивая твой язык, наполняя рот. Ты почувствовал, как кожа натягивается, как появляется головка, как тяжелеют и наливаются яйца под ним. Настенька тихо, протяжно застонала и приподняла голову, глядя на то, что ты с ней делаешь.
Через несколько минут у неё между ног был уже настоящий толстый, тяжёлый член — чуть больше твоего, с красивой, блестящей от твоей слюны головкой. Он пульсировал в такт её сердцебиению. Настенька села. Её глаза были тёмными и очень внимательными.
— Ложись на спину, — тихо сказала она. — Подложи подушку под поясницу. Я не хочу, чтобы тебе было больно.
Ты послушался. Лёг, подложил подушку, развёл и согнул ноги. Настенька встала между ними на коленях. Её новый член тяжело висел, уже мокрый на кончике. Она провела по нему ладонью, размазывая твою слюну, и посмотрела тебе в глаза.
— Ты сам этого хотел, — сказала она почти ласково. — Хотел, чтобы я выросла и выебала тебя.
Она не стала спрашивать разрешения. Просто взяла тебя за бёдра, подтянула ближе и прижалась головкой к твоему входу. Ты уже был достаточно расслаблен — после долгого сосания и твоего собственного возбуждения. Она начала входить медленно, миллиметр за миллиметром, глядя тебе в лицо. Ты почувствовал, как тебя растягивает, как вход сопротивляется, а потом сдаётся. Как она заполняет тебя изнутри — горячо, тяжело, глубоко.
Когда она вошла полностью, Настенька замерла. Её ладони лежали у тебя на бёдрах. Она наклонилась чуть ближе и тихо, почти шёпотом, сказала:
— Теперь я буду кончать в тебя. Глубоко. Пока ты не забеременеешь от меня.
И начала двигаться.
Она трахала тебя не грубо, но глубоко и уверенно. Каждый толчок был длинным, до самого конца, и ты чувствовал, как её яйца шлепают о тебя. Она смотрела тебе в глаза и говорила — тихо, но чётко:
— Я сделаю тебя беременным. Понимаешь? Моя сперма сейчас течёт тебе прямо в матку. Ты будешь носить моего ребёнка. Твой живот начнёт расти. Твои соски станут чувствительными. А все, кто увидит тебя через пару месяцев, будут знать, что это я тебя выебала и залила.
Ты не мог ответить. Мог только стонать и дёргаться под ней, чувствуя, как её член раз за разом входит в тебя, как тебя заполняет тепло и тяжесть. Настенька ускорилась. Её дыхание стало жёстче. Она прижалась к тебе ближе, почти придавив, и зарычала тебе в самое ухо:
— Бери. Сейчас.
Она кончила мощно и долго. Ты почувствовал, как её член начинает пульсировать внутри тебя, как горячая, густая сперма выстреливает глубоко, толчками, заливая тебя изнутри. Она не вытаскивала — наоборот, прижималась ещё плотнее и продолжала мелко двигать бёдрами, выдавливая из себя всё до конца. Ты чувствовал, как сперма переполняет тебя, как часть её вытекает наружу и стекает по твоей коже.
Когда она наконец вытащилась, ты ощутил, как из тебя медленно вытекает её семя. Настенька легла рядом, обняла тебя сзади, прижалась животом к твоей спине и положила ладонь тебе на низ живота — туда, где ещё пульсировало и было горячо.
— Уже начинается, — прошептала она, целуя тебя в плечо. — Я чувствую. Через несколько недель здесь уже будет заметно. А через три месяца ты будешь ходить с моей беременностью. И все будут видеть, чей ты теперь.
Ты лежал тихо, тяжело дыша, с переполненной, пульсирующей попкой и её тёплой ладонью на животе. Настенька гладила тебя по коже — медленно, спокойно, почти убаюкивающе.
— Спокойной ночи, — тихо сказала она. — Моя беременная девочка.
Настенька лежала тихо несколько минут, дыша тебе в затылок. Потом она вдруг пошевелилась, приподнялась на локте и посмотрела тебе в лицо долгим, очень внимательным взглядом.
— А теперь я хочу тебя ещё ближе, — тихо сказала она. — Я хочу съесть тебя. Чтобы ты был у меня внутри совсем. Чтобы я тебя переваривала. Чтобы потом выкатила тебя в унитаз. А потом снова оживила. Ты этого хочешь?
Ты посмотрел ей в глаза. Внутри всё сжалось и одновременно потянулось к этой мысли. Ты кивнул.
Она улыбнулась — очень мягко, почти нежно — и наклонилась к тебе. Поцеловала тебя в губы. Потом её рот начал медленно раскрываться шире. Она взяла тебя за плечи и стала затягивать тебя в себя. Ты чувствовал, как её губы растягиваются вокруг твоей головы, как язык под тобой, как горло захватывает тебя и тянет вниз. Ты скользил по тёплому, мокрому, сжимающему тебя пространству. Спустился в пищевод. Потом оказался в желудке. Внутри было тесно, горячо, всё вокруг пульсировало и урчало. Ты был полностью внутри Настеньки. Она гладила свой живот ладонью — медленно, ласково, там, где теперь был ты.
— Вот так… мой хороший… теперь ты мой изнутри… — прошептала она.
Потом она встала и пошла в ванную. Села на унитаз. Ты чувствовал, как её тело начинает работать — сокращаться, тужиться. Ты начал выходить из неё медленно, тёплыми мягкими частями. Ты падал в воду унитаза, выходил кусок за куском, пока не вышел весь. Настенька тихо стонала — не от боли, а от глубокого, тяжёлого облегчения и странного удовольствия. Она посидела ещё немного, дыша тяжело, потом встала и посмотрела вниз, в унитаз, где ты теперь лежал в тёплой воде.
Она опустила руку, коснулась воды, коснулась того, что было тобой, и тихо, очень ласково сказала:
— Вернись ко мне, пожалуйста.
И ты начал собираться. Твоё тело формировалось заново, восстанавливалось, оживало. Через несколько минут ты уже стоял перед ней — мокрый, дрожащий, но целый и живой. Настенька посмотрела на тебя сверху, улыбнулась и протянула руку, помогая тебе подняться.
— Видишь? Я тебя вернула. Ты теперь мой. Полностью мой. Я могу съесть тебя, выкакать тебя в унитаз и снова сделать живым. И я буду делать это, если захочу. А ты будешь позволять мне.
Она обняла тебя мокрого, прижала к себе и поцеловала в лоб, потом в губы.
— Пойдём обратно в кровать, моя беременная девочка.
Вы вернулись в комнату. Легли на бок. Она снова обняла тебя сзади, прижалась животом к твоей спине и положила ладонь тебе на низ живота — туда, где ещё пульсировало тепло от её спермы, а потом ты был у неё внутри.
— Спокойной ночи, — тихо сказала она тебе в самое ухо. — Моя девочка. Которая теперь знает, что я могу сделать с ней абсолютно всё.